Африка

Черный континент

Африка3

Граница с саванной

Африканская саваннаНа севере, юге и востоке граница между лесом и саванной во многих местах еще ясно различима. Каких-нибудь сто метров отделяют лесных гигантов от травы и устойчивых против огня деревьев саванны. Каждый год здесь бывают пожары, но у опушки леса они останавливаются. Однако далеко не везде граница между лесом и саванной выражена так четко.

Единственной преградой между ними служит полоса низкорослых деревьев и густых кустарников. Сами они не горят, но каждый год гибнут от жара пламени, а затем вырастают вновь. Этот заслон может иметь в ширину не больше десяти метров, но он хорошо защищает лесную опушку; внешний край этой полосы, состоящий из невысокого кустарника и довольно пышной зеленой травы, задерживает наступление огня. Далее идет более высокий кустарник и небольшие деревья, которые редко воспламеняются, и трава под их сенью находится почти в безопасности. За ними виднеются еще более высокие деревья, а уже дальше начинается настоящий лес.

 

Без вмешательства извне эта естественная граница изменялась бы очень медленно, только по мере постепенного изменения климата. Ведь она представляет собой линию раздела между двумя типами растительности: лесом с высокими вечно зелеными деревьями, дающими приют подлеску, но отнюдь не траве; и саванной, покрытой пышным травяным покровом и низкорослыми деревьями, которые раз в десять меньше лесных гигантов. С одной стороны открытая, с раскиданными кое-где деревьями местность, залитая солнцем, и зеленая трава чуть ли не в рост человека, с другой — постоянный полумрак и нависающая сверху масса влажной растительности. Контраст между ярким светом и прохладным сумраком столь велик, что стрелка фотоэкспонометра здесь стоит на нуле.

По границе с саванной лес сохраняется отдельными небольшими островками — там, где почвенный покров более мощный и его состояние благоприятствует произрастанию больших деревьев,— или полосами вдоль долин рек. Такие участки, называемые лесостепной «мозаикой», привлекают к себе диких обитателей как саванны, так и леса, ибо здесь они находят оба вида растительного корма. Лесные животные чаще пользуются этим преимуществом и выходят на открытые пространства, но и водяные козлы, например, нередко отваживаются посещать лесные островки.

Если бы не человек, почти ничто не могло бы изменить равновесие на границе между лесом и саванной. Разве что слоны сокрушат защитную полосу кустарников и таким образом позволят огню проникнуть на окраину самого леса. Такое иногда случается, и тогда пострадавшие участки напоминают раны на нежной коже. В последнее время, однако, человек сильно ускорил уничтожение предлесной зоны. С быстротой, вызывающей тревогу, он сводит уцелевшие островки леса, особенно в лесостепной «мозаике». Вырубки лет через десять зарастают высокой травой. Так возникает «искусственная» саванна.

Если «искусственную» саванну оставить в покое и защитить ее от пожаров, она вскоре снова покроется древесной порослью. Ведь необходимые для произрастания леса условия не уничтожены, а только подорваны. Куда труднее добиться проникновения леса в естественную саванну. Даже если не подпускать пожары к ее границе, лес «перешагивает» через эту черту чрезвычайно медленно. Сначала он ощетинивается защитной полосой кустарников, затем постепенно завладевает ею и уже только потом — открытым травянистым пространством. В узкой естественной зоне между лесом и саванной, противостоящей огню, по-видимому, удерживается весьма неустойчивое равновесие, и любое его изменение идет на пользу скорее «агрессору», саванне, чем лесу, медленно отступающему под ее натиском.